Как доказать, что была попытка изнасилования?

Про попытку изнасилования

Как доказать, что была попытка изнасилования?

Попытка изнасилования – это такое просторечное выражение. Хотя и упоминаемое в немного ином варианте в ныне совершенно забытой песне:

«Из любопытства на допросе

Национальность спросят,

И в камеру хранения сдадут,

И целый месяц деловито,

И по-мужски открыто,

Попытку к изнасилованью “шьют”.

Юридически правильно будет говорить «покушение на изнасилование». Это, конечно же, детали, а правда жизни заключается в том, что покушение на изнасилование не так-то просто доказать. Плюсом к этим трудностям в уголовном законе имеется такое понятие, как «добровольный отказ от совершения преступления».

То есть передумал человек совершать изнасилование на стадии покушения – и всё, добровольный отказ, привлечению к уголовной ответственности он не подлежит. Тем не менее, уголовные дела данной категории регулярно уходят в суды, и по ним даже выносятся обвинительные приговоры.

Однако в очередной правдивой истории из воспоминаний бывшего следователя прокуратуры речь пойдет не совсем о таком случае.

Данный случай имел место в середине 90-х годов, когда я работал старшим следователем прокуратуры сельского района. Месяц не помню, но летом – это точно, в понедельник в районную прокуратуру с заявлением о покушении на изнасилование пришла одна девица. Ну как девица – молодая женщина лет двадцати восьми, вроде бы, назовем её Оксана.

Наверное, в обычное время лицо у Оксаны было вполне себе такое миловидное, не из категории «с пивом потянет», а даже выше. Но в тот момент оно (лицо) находилось в печальном состоянии и хранило на себе следы какой-то батальной сцены, причем на вид трех-четырех дневной давности.

Фингалы были, если можно так выразится, очень качественные, два из них располагались аккурат в глазницах, и из-за их фиолетово-синеватого насыщенного цвета Оксану смело можно было бы назвать «синеглазкой».

В процессе получения от Оксаны объяснения было зафиксировано следующее:

Три дня назад, то есть в пятницу вечером, Оксана, работавшая отделочницей на ремонте здания туберкулезного диспансера в селе Новозадворкино, в компании двух других таких же молодых отделочниц, отмечала успешное окончание трудовой недели. Отмечали скромно: выпили бутылку водки на троих прямо на объекте.

Выйдя на улицу подышать свежим воздухом, Оксана случайно познакомилась с проходившими мимо двумя местными молодыми парнями, одного из которых звали Витя. Это Витя с другом предложил девчонкам продолжить пятницу у него дома, где для этого имелись все необходимые условия – квартира была пустая, но в ней был самогон.

Девчонки согласились, но с условием, что по окончанию банкета их отвезут домой, поскольку все они жили в соседнем селе Нижние Рычаги. Витя заверил, что обязательно отвезут, так как на этот случай у него имеется почти что трезвый друг с мотоциклом и коляской (мотоцикл с коляской, не друг).

После этого все пошли в квартиру Вити, расположенную на третьем этаже трехэтажного дома, где стали весело проводить время, употребляя самогон и играя в карты. Когда уже совсем стемнело, Витя предложил Оксане пойти в другую комнату переговорить.

Она согласилась, они зашли в другую комнату, и там Витя стал заставлять её вступить с ним в половую связь. Она отказывалась, тогда Витя нанес ей несколько ударов кулаками по лицу, повалил на диван и снял с неё плавки. В этот момент в дверь комнаты сильно постучали, Витя слез с дивана и пошел открывать.

Оказалось, что пришел муж Оксаны (внезапно она оказалась замужем), который забрал её оттуда и, тем самым, пресек попытку изнасилования. А плавки Оксаны так и остались у Вити.

Таким образом, мне пришлось звонить в уголовный розыск, брать там опера и вместе с ним выдвигаться в Новозадворкино для сбора проверочного материала.

В это село я уже неоднократно ездил на происшествия, мне оно запомнилось тем, что люди там были с особым чувством юмора. Так, приехав в Новозадворкино первый раз ( не помню уже, по какому делу), я ехал по деревне в машине с местным участковым Толей.

Проезжая мимо большого пепелища, Толя сказал: «А это наш местный очаг культуры». «В каком это смысле?» – не понял я. «Да клуб сгорел» – пояснил Толя. Кстати, у самого участкового Толи среди местного населения была подпольная кличка «Пигмент».

Объяснялась кличка очень просто: Толя был очень невысокого роста, отсюда первая часть – пигмей, ну а про вторую часть и так всё понятно, исходя из рода его занятий.

В Новозадворкино мы без труда нашли того самого Витю. Вите было лет двадцать пять, был местный работяга, неженатый и проживавший с родителями. Он накидал нам такую версию:

В пятницу вечером родители Вити уехали к родственникам в другую деревню, и он решил провести это время с пользой. К нему в гости пришел друган с самогоном, они выпили немного, и пошли по селу искать компанию. Проходя мимо расположенного неподалеку тубдиспансера, к ним обратилась какая-то девица с вопросом, а не хотят ли джентльмены угостить дам самогоном.

Поскольку девица была симпатичная (это была та самая Оксана), а самогон и хата в наличии имелись, то Витя согласился. Потом из диспансера вышли еще две «клюшки», и, глядя на них, друган как-то засомневался в этой затее, но Витя объяснил ему ситуацию крылатой фразой «Трус не играет в хоккей».

Так что они все пошли домой к Вите, предварительно пообещав девицам увезти их потом по домам в Нижние Рычаги на мотоцикле. Дома вечер проходил замечательно, пока в какой-то момент Витя не подумал, что пора бы и перейти к делу. С этой целью он пригласил Оксану в другую комнату, где они залегли на диван.

И всё развивалось по плану, уже Оксана сняла плавки, как вдруг в квартире раздались шум и крики, а потом в комнату, где были Витя с Оксаной, очень громко постучали. Витя встал, открыл дверь и увидел на пороге молодого мужика. Мужик отодвинул Витю, как мебель, и сразу двинулся к дивану.

Оксана подбежала к нему, и, судя по всему, хотела что-то объяснить, но мужик, не говоря ни слова, сразу заехал ей с правой в глаз. Оксана упала, но мужик, опять же молча, стал настойчиво продвигать её к выходу из квартиры, подбадривая ударами ноги. Так эта странная пара и покинула квартиру, а Витя остался в комнате с трусами Оксаны в руках.

С целью проверки этой версии были опрошены две другие отделочницы, друган Вити, сторож тубдиспансера и соседка Вити по площадке. Оказалось, что молодой мужик (а это, конечно же, был муж Оксаны) поздно вечером приехал в диспансер и спросил у сторожа, где отделочники.

Сторож охотно рассказал, что они пошли пить самогон к местному жителю Вите, и даже любезно указал мужу, где это находится. Придя в квартиру Вити, муж зашел туда через незапертую дверь и спросил у веселой компании, где Оксана. Ему указали на другую комнату.

После извлечения Оксаны из этой комнаты муж на пинках вытащил её из квартиры и погнал дальше, к своей машине. Причем соседка Вити, которая вышла на площадку в связи с образовавшимся шумом, поясняла, что судя по звукам ударов и громыхания Оксаниных костей по ступенькам, она уже решила, что живой та до машины не дойдет (точнее, не долетит).

Но, как мы уже знаем, кости у Оксаны были достаточно крепкими, а соображаловка достаточно скудная, во всяком случае для того, чтобы в понедельник припереться с заявой в прокуратуру.

А вот опросить мужа Оксаны у меня так и не получилось, потому что он всячески уклонялся от встречи со мной или операми. Но в принципе, его объяснение представлялось уже не таким и важным, поскольку все обстоятельства были выяснены с достаточной очевидностью.

Поэтому я без всяких сомнений по истечению десятидневного срока вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Единственное, что осталось для меня непонятным во всей этой истории, так это то, на что рассчитывала Оксана, написав своё заявление.

Источник: https://pikabu.ru/story/pro_popyitku_iznasilovaniya_4227669

«Он натянул свитер себе на лицо и повалил меня на землю». Девушка утверждает, что ее пытались изнасиловать, а мужчина, что просто знакомился

Как доказать, что была попытка изнасилования?

Эта история случилась с конкретным человеком, но мы решили сделать ее обезличенной. Потому что это не вопрос конфликта между двумя людьми. Это вопрос ощущения собственной безопасности и защищенности.

Героиня этого материала утверждает, что незнакомый мужчина на безлюдной улице повалил ее на землю и попытался стянуть джинсы. Белорусское законодательство считает, что ничего не случилось.

В этом материале мы изложим версию одной из сторон, а также процитируем позицию правоохранительных органов и юристов.

Были последние выходные августа. Саша (имя героини изменено по ее просьбе) встречалась с подругой в кафе неподалеку от ее дома. Говорит, что сидели до закрытия, разговаривали о жизни, выпили по два бокала пива. Затем до полуночи гуляли по парку, а после засобирались домой.

— Район для меня знакомый, и я не первый раз возвращаюсь домой этим маршрутом. Мы подъехали на автобусе, вышли на остановке, поговорили несколько минут и пошли в разные стороны. То есть остальные пассажиры автобуса, в котором мы ехали, успели разойтись. Я включила музыку и в наушниках пошла домой, — рассказывает девушка.

— Через некоторое время я почувствовала, что за мной кто-то идет метрах в 15—20. Как я это поняла? Было такое ощущение… Я сняла наушник, чтобы мониторить ситуацию. Так мы шли до светофора.

Там у меня уже появилось более серьезное подозрение: если изначально я думала, что человек просто идет в мою сторону к себе домой, то потом меня начало смущать то, что расстояние между нами не сокращается, хотя я замедлила шаг.

Я переходила дорогу на мигающий зеленый свет и прекрасно понимала, что человек, который идет за мной, не успеет на разрешающий сигнал. Решила, что для меня это будет лакмусовая бумажка: если пойдет за мной, значит, явно неспроста…

Я перешла дорогу и обернулась: человек почти бежал за мной, расстояние сокращалось. Я ускорила ход, он обогнал, остановился передо мной и стал натягивать свитер на лицо. Я начала орать, он меня тут же схватил в районе локтей и бросил на землю, на зеленую зону.

Я упала на спину, голову старалась держать так, чтобы ей не удариться о землю и не вырубиться. Он упал на меня, я продолжала кричать. В руках ничего не было, карманы тоже были пустые. Я начала очень сильно бить по затылку этому человеку.

Его руки в это время находились в районе моих джинсов, он пытался их стянуть, но джинсы были высокие и с ремнем, так что у него ничего не получалось.

У меня не хватало дыхания кричать, но я нашла в себе силы и продолжила сопротивление: меня очень сильно разозлило, что прямо возле моего дома случилось такое, и это дало силы. В соседних домах горел свет, и я очень надеялась, что сейчас кто-то выйдет мне на помощь или хотя бы что-нибудь прокричит. Но реакции не было…

Человек, который лежал на мне и орудовал руками в области моих джинсов, ничего не говорил. Он вел себя достаточно спокойно и уверенно.

Уже потом, когда я анализировала эту ситуацию, подумала, что он либо все хорошо продумал, либо такая ситуация была для него обычной: у меня не было ощущения, что он боится или стесняется.

Продолжалось все около двух минут, потом он просто встал и убежал. Он явно не ожидал от меня отпора, это я могу сказать точно.

https://www.youtube.com/watch?v=8DPjP6npKaQ

Убегал по зеленой зоне, видимо, чтобы не светиться на пешеходной дорожке. Я вышла на максимально освещенный участок, прямо на проезжую часть, встала между припаркованных машин и продолжила кричать. Какие-то мужчины из соседних домов вышли и спросили, почему я кричу.

Я рассказала им о нападении, и они провели меня к подъезду. Я пришла домой в полуистеричном состоянии и написала подруге о том, что произошло. Она сказала вызывать милицию, и я позвонила. Постаралась максимально спокойно все описать и написала заявление, когда сотрудники приехали.

Были кинологи, было очень много сотрудников милиции. Часа в четыре утра мы поехали в отделение, мою майку взяли на экспертизу, потому что во время нападения его голова находилась в районе моей груди, так что на одежде должны были остаться его клетки.

Но в итоге эксперты ничего на майке не обнаружили.

Было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 339 УК. По словам Саши, поиски человека, с которым в ту ночь у нее произошел конфликт, длились около месяца. После было опознание, на котором девушка безошибочно указала на этого человека.

— Это оказался мужчина 35—40 лет, у него двое детей. Вроде как он в тот вечер поссорился со своей женой. У нас было две очные ставки в присутствии разных следователей. На первой очной ставке он сказал, что просто хотел со мной познакомиться.

Говорил, что обратил на меня внимание и что сначала у него не было никаких мыслей со мной познакомиться: он просто шел и наблюдал, что я делаю. А когда я стала удаляться от него на светофоре, он понял, что меня теряет, и прибавил ходу.

Но на второй очной ставке, когда у него спросили, окликал ли он меня, он ответил, что звал меня. Свитер, натянутый на лицо, он объяснил просто: у него были проблемы с миндалинами.

В общем, в истории, которую он рассказал, много нестыковок: этот человек говорил, что обежал меня, хотя я сама наткнулась на него и упала, а он не успел среагировать. Зато успел натянуть на лицо свитер…

На следствии Саша сказала, что расценивает действия мужчины как попытку изнасилования. Следствие нашло свидетеля, который слышал женские крики и позвонил в милицию, но, когда вышел на улицу, никого не увидел.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела сказано, что жена человека, с которым у Саши в тот вечер случился конфликт, характеризует мужа исключительно с положительной стороны.

Говорила, что он безотказный и подолгу задерживается на работе, и лишь по этой причине в семье периодически случаются конфликты. При этом муж агрессии не проявляет и может просто посидеть некоторое время в своей машине и успокоиться, а затем возвращается домой.

Также супруга Иннокентия (имя изменено) отмечает, что ее муж не мог сделать никому плохого, в том числе девушке. Был ли в тот вечер между ними конфликт, она вспомнить не смогла.

В этой истории есть и еще один нюанс, о котором рассказывает нам Саша.

— Были ли у меня ушибы или ссадины? Это сложный вопрос. Накануне я упала с велосипеда, и у меня все тело было в ссадинах и ушибах. После этого происшествия у меня еще несколько дней болела спина, но это нигде не было зафиксировано.

В постановлении также отмечается, что Саша не может сказать, пытался ли мужчина совершить в отношении нее действия сексуального характера.

Отмечается, что девушка говорила о том, что мужчина проводил какие-то манипуляции в области бедер, когда лежал всем телом на ней, однако каких-либо активных действий по отношению к ней он не предпринимал, удары не наносил.

Дальше следствие делает вывод, что «девушка ввиду стресса и испуга от произошедшего могла неверно трактовать действия мужчины».

Версия Иннокентия звучит так. Он шел по улице и увидел Сашу, она шла по улице и пританцовывала. Он захотел познакомиться, чтобы пообщаться, и несколько раз крикнул «Девушка!», но та никакого внимания не обратила. Затем она ускорила шаг и перешла проезжую часть. Он решил ее догнать, чтобы познакомиться. Иннокентий окликнул девушку, но она не отреагировала и продолжила идти.

Он побежал за ней, она резко остановилась, мужчина не успел среагировать и столкнулся с ней. Она упала, он потерял равновесие и упал следом — его голова оказалась в области ее груди. Он ничего не говорил девушке, так как не смог объяснить происходящее. Саша начала отбиваться и кричать, Иннокентий испугался, встал и убежал.

При этом мужчина настаивает, что просто хотел познакомиться.

Свитер фигурирует уже в показаниях жены Иннокентия. Она утверждает, что до свадьбы у ее мужа была ангина, которую он затянул, и в итоге у него в горле оказался гной. Иннокентию делали операцию, и после этого он следит за горлом и носит свитера с высоким горлом.

Уголовное преследование в отношении Иннокентия было прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

После этой истории у Саши осталось много вопросов, которые она хотела бы задать не себе самой, а вслух.

— Следователь в приватной беседе говорила: «Мы бы могли классифицировать это дело как попытку изнасилования, если бы он хотя бы штаны стянул».

Но я так думаю: даже если бы стащил с меня эти джинсы, у милиции не было бы прямых доказательств, что его мотивом было изнасилование, — говорит девушка. — Печально, что в нашей стране, попади я еще раз в такую ситуацию, я буду сама за себя.

Я не уверена, что наше законодательство меня защитит. И я не считаю, что эта ситуация нормальная.

После того, что случилось, я была в растерянности. У меня не было уверенности, что этот человек не знает, где я живу. Пока его не нашли, я дергалась очень сильно, вплоть до того, что поздно вечером всегда выезжала с работы только на такси.

Я понимала, что такие истории, как правило, бьют по мозгам, поэтому я максимально следила за своим психическим состоянием.

В руках у меня постоянно находилась зажигалка или лак для волос, потому что, как выяснилось, приобрести у нас в стране газовый баллончик — не самое простое дело: для этого нужно специальное разрешение.

После очных ставок я ни разу не виделась с этим человеком, но очень бы хотела. Мне в какой-то момент казалось, что я буду чувствовать себя жертвой, не удовлетворенной от того, что дело не дошло до суда.

Но у меня высоко поднята голова, и я знаю, что если увижу Иннокентия еще раз, то подойду к нему и спрошу, как чувствует себя его жена, были ли у них еще конфликты, пытался ли он еще на кого-нибудь нападать.

Я понимаю, что могу его спровоцировать, но бояться этой истории, бояться этого человека — не выход. Я делала все для того, чтобы у меня не было страха.

Сначала я думала подавать апелляцию, но в какой-то момент перестала видеть надежду на то, что это может благополучно разрешиться. Слышала, что он с женой хотел подавать встречный иск. И если бы так случилось, я бы даже обрадовалась, потому что в таком случае это дело дошло бы до суда. Я чувствую за собой правоту, потому что я его не провоцировала. Все было иначе.

Мы попросили прокомментировать эту ситуацию юриста. Есть ли четкие критерии у понятия «попытка изнасилования»? В какой момент человек становится жертвой? Можно ли считать нормальной ситуацию, в которую попала героиня материала?

— Изнасилование (статья 166 УК Беларуси) — один из видов преступлений против половой неприкосновенности. Данный состав законодателем отнесен к категории тяжких, а его квалифицированные виды — к категории особо тяжких преступлений, — комментирует юрист Татьяна Ревинская.

— Покушение на изнасилование, в отличие от оконченного состава, заключается в совершении действий, прямо направленных на противоправный сексуальный контакт, но не совершенный из-за обстоятельств, которые помешали преступнику закончить начатое.

Зачастую, если изнасилование не состоялось, крайне сложно доказать факт покушения, поскольку в большинстве случаев не остается никаких явных следов.

Более того, есть такое понятие в законе, как добровольный отказ от совершения преступления, то есть передумал совершать злоумышленник изнасилование на стадии покушения — добровольный отказ, привлечению к уголовной ответственности не подлежит.

Как правило, женщина, подвергшаяся нападению со стороны насильника, находится в шоковом состоянии и не может адекватно оценить происходящее. В то же время ее показания при проверке заявления об изнасиловании для следствия имеют большое доказательственное значение.

Потерпевшей придется вспомнить мельчайшие детали произошедшего, рассказать, где конкретно, как и какие действия были совершены в отношении нее. Следует понимать, что одни лишь слова потерпевшей о совершении изнасилования или попытке его совершения не могут быть положены в основу обвинения.

Потребуются и другие доказательства, в числе которых могут быть: заключения экспертиз (судебно-медицинских, биологических, судебно- химических и других); вещественные доказательства (одежда преступника, следы борьбы на теле потерпевшей); свидетельские показания, например, лиц, находившихся вблизи совершения деяния, слышавших крики о помощи, угрозы и тому подобное, и другие доказательства, позволяющие установить причастность подозреваемого к совершению преступления.

Поэтому успех расследования изнасилования (покушения на его совершение) зависит от того, насколько глубоко, объективно и полно будут выяснены и изучены обстоятельства: имел ли место насильственный половой акт или покушение на изнасилование; кто является потерпевшей; где, когда и кем было совершено преступление; имело ли место физическое (психическое) насилие; было ли оказано сопротивление насильнику и другое.

Действительно, в ряде случаев по результатам проверки принимается решение об отказе в возбуждении уголовного дела либо о его прекращении ввиду недостаточности доказательств вины подозреваемого.

Представляется, что и в рассматриваемом случае по делу отсутствовала совокупность доказательств, позволяющая бесспорно установить умысел Иннокентия на изнасилование героини, а показаний Саши было явно недостаточно для установления виновности мужчины в совершении преступления. В любом случае героиня вправе не согласиться с решением следствия и обжаловать постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в прокуратуру либо в суд, которые еще раз подвергнут оценке имеющиеся в деле доказательства.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: https://people.onliner.by/2019/03/11/sasha-3

Изнасилование или колония. Как из жертв делают преступников

Как доказать, что была попытка изнасилования?

Молодая художница Дарья Агений с помощью ножа для заточки карандашей смогла отбиться от мужчины, который, по ее словам, пытался ее изнасиловать.

Теперь ей грозит до 10 лет лишения свободы за нанесение тяжелой травмы нападавшему.

Сейчас это дело находится в прокуратуре, а уголовное дело о попытке изнасилования так и не было возбуждено из-за отсутствия состава преступления.

В конце июня 18-летняя Дарья поехала в Туапсе вместе с детьми, которых она сопровождала в детский лагерь. В Туапсе она планировала провести еще пять дней перед возвращением в Москву, поэтому забронировала место в хостеле.

Он был низкого качества, но это единственное, что ей удалось заранее найти через интернет. Поздно вечером выяснилось, что в хостеле нет питьевой воды, поэтому Дарья пошла искать круглосуточный магазин.

По пути ей встретились молодые ребята, которые помогли найти магазин и предложили проводить ее назад до хостела. Дарье не хотелось их утруждать, поэтому она пошла назад одна. По пути она заметила, что за ней идет какой-то мужчина.

Когда он догнал ее, Дарья почувствовала, что мужчина пьян. Он периодически наваливался на нее, задавал вопросы “почему она такая красивая идет одна”.

– Я понимала, что мне угрожает опасность, – говорит Дарья. – Я читала столько историй о том, как девушек насилуют и убивают, и мне стало очень страшно. Тогда я достала из сумки ножик, который ношу в пенале для заточки карандашей, и несла его в руке.

По пути Дарья на секунду замешкалась, выбирая правильный поворот к своему хостелу. Тогда мужчина сказал, что он местный, и показал, куда идти. Дарья не стала его слушать, но позже с адвокатом они выяснили, куда вела эта дорога: мужчина предложил пройти Дарье в тупик из гаражей.

Я не видела, куда бью, и отмахивалась до тех пор, пока он меня не отпустил

– Когда я уже практически была у хостела, мужчина неожиданно прижал меня к стене, – переходя к рассказу о нападении, Дарья начинает заикаться от волнения. – Я начала кричать, пыталась вырваться. Одной рукой он меня схватил, а другой начал лезть куда не стоит. Я очень громко кричала.

Вокруг нас были жилые дома, и я надеялась, что сейчас кто-нибудь выглянет в окно, увидит меня и поможет. Но никто не вышел. Сейчас мне очень грустно от этого. Как так? Я уверена, что много людей слышали, как я кричала: там было тихо, машин не было, был только мой оглушительный крик. Но все равно никто не вышел. Сначала я била его телефоном по голове.

Видимо, я била сильно, потому что у меня треснул экран телефона. Но это не помогало. Возможно, из-за того, что мужчина был пьян, он не особо чувствовал удары. Затем он меня нагнул и задрал мне юбку. Это ужасно, что он так сделал, но благодаря этому моя рука оказалась свободной, и я смогла открыть ножик.

Начиная с этого момента я пытаюсь вспомнить, как именно все происходило. Врачи говорят, что это состояние аффекта, и это нормально, что я не запоминаю такие вещи. Но я смогла воссоздать этот отрывок по событиям, которые происходили до и после. Оказалось, что в том положении я отмахивалась от мужчины ножом.

Я не видела, куда бью, и отмахивалась до тех пор, пока он меня не отпустил. Я не видела, куда он ушел, потому что стояла на месте как вкопанная и не понимала, что происходит.

Придя в себя, Дарья побежала к тому месту, где она встретила молодых ребят, в надежде на их помощь. На ноже они не увидели крови, поэтому предположили, что Дарья все-таки не попала. Они обыскали окрестности, но не нашли ни мужчины, ни следов крови.

Дарья Агений

Дарья не помнила, как выглядел нападавший. Он не оставил на ней каких-либо следов. Поэтому Дарья не стала обращаться в полицию и утром поехала на вокзал, чтобы поменять билет и уехать домой в тот же день.

– Я боялась находиться в Туапсе, потому что мужчина знал, где я остановилась. После возвращения в Москву я проходила курс с психологом, и вроде все начало налаживаться и забываться. Через месяц ко мне приехали оперативники. Они сказали, что я чуть не убила человека.

Они все равно арестовали бы меня

Мужчина, напавший на Дарью, знал, в каком хостеле она остановилась. Он также знал, что она из Москвы. Позже оперативники сказали Дарье, что, если бы она не поменяла билет назад в тот же день, ее бы не нашли. Затем Дарью увезли в Туапсе, и началось следствие, которое длится уже пять месяцев.

– Мой следователь молодая женщина. Я уверена, что сотрудники полиции мне верят и прекрасно понимают, кто в этой ситуации прав, а кто виноват. Мне сказали, что следовало обратиться в полицию первой: кто написал заявление первым, тот и прав.

Но почему-то мне кажется, что, если бы я написала заявление первой, вряд ли бы что-то изменилось. Во-первых, я не помню, как выглядел мужчина. Во-вторых, он меня в итоге не изнасиловал. Я уверена, они даже не стали бы его искать.

А если я бы еще сказала, что защищалась ножичком, то вряд ли бы следствие обернулось каким-то другим образом. Они все равно арестовали бы меня.

На опознании Дарья увидела напавшего на нее мужчину. Это оказался житель Туапсе 38-летний Игорь Сторожев. Дарья знает о нем лишь то, что у него есть жена и маленький ребенок.

В тот день Дарья все-таки попала в Игоря один раз и задела кишечник. Именно поэтому травма классифицируется как тяжелый вред здоровью. В таких случаях в полицию обращаются медики, поэтому Сторожеву в любом случае пришлось бы объяснять полиции, откуда у него ножевое ранение. И у него другая версия событий.

– Он говорит, что к нему подошла девушка и спросила, где здесь можно переночевать, – говорит Дарья. – И тут уже есть несостыковка: я знала, где ночевать, и мои вещи уже были в хостеле.

По его версии, он предложил девушке проводить ее до ближнего хостела, и она согласилась. По дороге он начал читать ей стихи Есенина. Когда они дошли до хостела, девушка сказал, что ей пора. Но мужчина хотел продолжить читать ей стихи и взял её за руку.

Она начала кричать, и он ушел домой. А по дороге понял, что у него боль в животе.

Дарья Агений

​Из ситуации, в которую попала Дарья, нет легкого выхода: либо не сопротивляться и позволить насильнику сделать то, что он задумал, либо защищать себя всеми доступными способами и, возможно, оказаться на скамье подсудимых. Доказать попытку изнасилования крайне сложно, особенно если насильник не успел оставить каких-либо следов на жертве.

– К сожалению, у нас закон не регламентирует, что делать правоохранительным органам, когда при попытке изнасилования на потерпевшей не остается каких-либо следов, – говорит адвокат Дарьи Евгений Саломатов. – Я считаю, что в ходе расследования мы получили достаточно доказательств того, что попытка изнасилования была. Но пока правоохранительные органы никак не реагируют на эти доказательства.

Действия, которые предпринимал в отношении нее нападавший, были намного тяжелее, чем то, что она ему причинила

Если по заявлению Дарьи о попытке изнасилования все же будет возбуждено уголовное дело, появляется другой риск – переквалификация дела на статью о превышении мер необходимой обороны.

Эта статья Уголовного кодекса значительно легче, так как она предусматривает лишение свободы до одного года или же исправительные работы.

Евгений Саломатов уверен, что и по этой статье Дарью невозможно осудить, так как она не превысила меру необходимой обороны. В ее ситуации она использовала единственную возможность себя защитить.

– Мы консультировались с инструктором по самообороне. Он дал нам заключение о том, что Дарья поступила правильно. Иных возможностей защититься у нее не было. Действия, которые предпринимал в отношении нее нападавший, были намного тяжелее, чем то, что она ему причинила.

Последствия от его действий могли быть намного тяжелее. Это не дело, когда закон встает на сторону преступника, а не на сторону жертвы. И нужно вносить изменения в законодательство, которые будут защищать женщин, которые подверглись попытке изнасилования.

К сожалению, сейчас в законе большой пробел по данному вопросу.

Они верят следователям, верят оперативникам, а в итоге оказываются на скамье подсудимых с тяжкими и особо тяжкими статьями

По мнению адвоката Алексея Паршина, который занимается защитой “самооборонщиц” и сейчас защищает сестер Хачатурян, рассказал Радио Свобода, что в российской судебной системе обороняющимся людям приходится самим доказывать свою невиновность.

Алексей Паршин

– Презумпция невиновности у нас не работает, – говорит Паршин. – Она только задекларирована на бумаге. Зачастую работа защиты состоит в том, чтобы и доказать невиновность человека и опротестовать все доказательства со стороны обвинения. Есть еще одна характерная деталь в делах о самообороне.

Очень часто люди, которые оказались в ситуации необходимой обороны, – это не профессиональные преступники. Это обычные люди, которые спасли свою жизнь, свое здоровье. А профессиональные преступники оказываются в роли жертв, и они знают, как себя вести, что говорить, что делать.

Обычные люди, как правило, сами все рассказывают, ничего не скрывая и не скрываясь, вызывают скорую, полицию. Это очень удобная фигура для следствия. Поэтому ничего удивительного, что таких людей очень часто осуждают.

Они верят следователям, верят оперативникам, а в итоге оказываются на скамье подсудимых с тяжкими и особо тяжкими статьями.

По словам адвоката, жертвы насилия оказываются на скамье подсудимых также из-за того, что правоохранительная система заточена на осуждение. Она редко дает ход назад, освобождая человека от уголовной ответственности или переквалифицируя дела на менее тяжкие статьи. Следователи боятся, что их обвинят, что они взяли взятку за прекращение дела или переквалификацию.

– Более того, им выгодно посылать дело в суд по более тяжкой статье, они улучшают и повышают статистику, получают “звездочки”, повышения, премии и т. д. А там суд пускай разбирается. Но суд не разбирается, судя по статистике – меньше 1% оправдательных приговоров. Попасть в этот 1% достаточно тяжело.

Порочность системы ещё и в том, что в ней суд, как правило, ощущает себя частью правоохранительных органов и борцом с преступностью вместо беспристрастного, непредвзятого рассмотрения дела. Суды, как правило, подходят к таким делам достаточно формально. Людей осуждают, наказывают.

Статья о превышении мер необходимой обороны достаточно редко применяется. Как правило, ее применяет суд в тех случаях, когда необходимо пойти на компромисс, чтобы не выносить оправдательный приговор. Например, человек находился “под стражей”.

Если его оправдать, многие в этой цепочке, которая привела к привлечению к уголовной ответственности: следователь, руководитель следователя, прокурор, который утверждал обвинительное заключение, – все звенья этой цепочки могут быть наказаны за то, что они привлекли человека к уголовной ответственности.

Судья в этом случае идет на компромисс, покрывая “огрехи” предварительного следствия и прокуратуры. Статья по превышению самообороны служит разменной монетой. Человеку дают какой-то небольшой условный срок: вроде как осудили, и вроде человек в тюрьме не сидит.

Государство разрушает ее психику

Сооснователь “Проекта W: сети взаимопомощи женщин” Алена Попова создала петицию в поддержку Дарьи Агений. Сейчас эта петиция собрала уже более 120 тысяч подписей.

По мнению Алены Поповой, государство совершенно не защищает жертв насилия и нередко настаивает на том, что жертва сама виновата.

Это подвергает опасности большое количество женщин, которые могут стать жертвами сексуального насилия.

Алена Попова

– Даша поступила абсолютно правильно: она оборонялась и не дала изнасиловать себя. Сейчас она находится в ужасном посттравматическом состоянии: вообще-то, все должны ее защищать, а государственная система заставляет ее чувствовать себя преступницей.

Таким образом, государство разрушает ее психику, Дашину жизнь оно уже частично разрушило. Везде декларируется, что у нас существует поддержка различных ценностей. Есть прекрасная цитата президента о том, что в России особое отношение к женщинам.

В чем выражается в данном случае “особое отношение”? То, что девушка оборонялась, а ее теперь хотят посадить? Это не первый случай, когда женщина защищала себя, а затем оказалась обвиняемой по делу. То есть государство защищает не ее, а насильника. У нас многие женщины сидят за самооборону.

Потом государство признает их невиновными, как было с Галей Каторовой в Находке. Галя в итоге отсидела часть срока, потом ее признали невиновной.

Муж Галины Каторовой регулярно избивал ее. Однажды она защитилась ножом и убила мужа. В феврале 2018 года женщину приговорили к трем годам колонии, несмотря на наличие маленького ребенка. В мае суд признал ее невиновной.

Гораздо больше провела в колонии чемпионка России по пауэрлифтингу из Бийска Татьяна Андреева. За убийство знакомого, который, по ее словам, пытался ее изнасиловать, Андрееву приговорили к семи годам лишения свободы. Через четыре года ее освободили досрочно. Таких историй в России немало, и исход таких дел предугадать невозможно. Жертва в любой момент может превратиться в преступника.

Дарью Агений эта ситуация подтолкнула к идее создать проект помощи жертвам насилия. Частью этого проекта будет просвещение женщин о возможных способах самообороны и действиях, которые могут упростить дальнейшее разбирательство в полиции.

– Когда я попала в эту ситуацию, я не знала, что можно делать, а что нельзя, – говорит Дарья. – Я абсолютно не понимала, что мне делать. Этому не учат в школе: на ОБЖ нам просто говорили, что, если на вас нападают, кричите “пожар”.

Если бы я знала, что нужно сразу идти в полицию после того, как тебя пытались изнасиловать, возможно, это дело повернулось бы немного по-другому. Но теперь у меня проблемы. И я хочу объяснить, что делать в таких ситуациях.

Для этого я связалась с Центром “Сестры”, с бесплатной юридической помощью жертвам насилия, я нашла хорошую компанию, которая занимается самообороной. Если люди будут понимать, как можно защищаться во время нападения и после, то, возможно, таких ситуаций станет меньше.

Источник: https://www.svoboda.org/a/29674346.html

Как доказать свою невиновность в изнасиловании (статья 131 УК РФ) |

Как доказать, что была попытка изнасилования?

Обвинить в изнасиловании в настоящий момент очень просто, но как потом с этим жить и как защитить свои права.

Ведь если вы любому человеку в толпе скажите слова «изнасилование», «насильник», конечно у каждого адекватного человека в голове всплывут слова созвучные со словом «маньяк» и появиться сострадание к потерпевшей. Однако не все доносы и показания верны.

Рассмотрим несколько советов уголовного адвоката, который специализируется по статье изнасилование, по защите своих прав и доказывания своей невиновности.

Мотив клеветы

Уголовный кодекс РФ предусматривает наказание для насильников от 3 до 10 лет лишения свободы. А за ложный донос максимальная мера наказания – 6 лет. Правда, как показывает практика, в случае с доносом все заканчивается либо условным сроком, либо вообще штрафом. Искусственно или целенаправленно закон создает почву для такого вида преступления.

Вероятно, это обусловлено деградацией определения “изнасилование”, которое сейчас трактуется как любой половой акт, где “жертва” не до конца была уверена в необходимости этого. Зачастую происходит так, что как такового полового акта не было вовсе и “жертва” инсценировала изнасилование.

Как свидетельствует анализ судебной практики, причиной оговора сегодня может быть все что угодно. Среди самых распространенных можно выделить следующие:

  • сокрытие от постоянного партнера или законного мужа добровольной измены;
  • объяснение длительного отсутствия дома в ночное время;
  • неполучение денежного вознаграждения от обвиняемого за оказанные услуги сексуального характера.

Делая ложный донос, женщины мстят мужчинам за оскорбления, побои, а иногда и за правомерные действия, например за сообщение в полицию о занятии проституцией или распространение наркотиков. Часто причиной клеветы является банальная ревность.

Несмотря на, казалось бы, очевидные нестыковки, сотрудники правоохранительных органов редко внемлют доводам обвиняемого, а принимают во внимание медицинское освидетельствование потерпевшей.

Как доказать ложность доноса по статье изнасилование, советы адвоката по делам об изнасиловании

Понимая, что каждый, даже самый добропорядочный, мужчина может стать жертвой “изнасилованной” дамочки, приведем несколько обстоятельств, свидетельствующих о ложном доносе.

На них нужно заставить обратить особое внимание следователя. Например, личность потерпевшей.

Это достаточно поверхностный признак, но если провести все необходимые процедуры, то такой анализ даст определенные результаты.

Факты ложного доноса могут быть вскрыты путем допроса свидетелей (если таковые имеются), запроса детализации СМС-переписки потерпевшей и в конечном итоге проведения психолого-психиатрической экспертизы, ведь женщины – существа ранимые и склонны к фантазированию, что и подтверждают психологи-эксперты.

Заслуживает внимания и путаница в показаниях. С точки зрения мужчины, сложно четко уловить все обстоятельства тех роковых событий. Однако женщины устроены иначе. Им свойственно запоминать даже самые незначительные детали. Об оговоре может прямо говорить путаница между показаниями и результатами медицинского освидетельствования.

Сразу после получения информации об изнасиловании оперативники обследуют территорию его совершения.

Они ищут следы борьбы – поврежденную мебель, части одежды, в особенности нижнего белья, мятую траву, сломанные ветки, следы и отпечатки пальцев, а также прямые факты, подтверждающие половой акт, – кровь, слюну, сперму и т.д. Если никаких следов не обнаружено, то это еще один весомый факт, подтверждающий ложный донос.

Наряду с изучением места совершения изнасилования проводится осмотр одежды, личных вещей и тел обоих, при котором могут быть выявлены следы крови, спермы и др.

Многое может сказать и микроанализ, который укажет на наличие волос, следов косметики, объектов ногтевого содержимого, а также “запаховых” следов. В нашей стране до всех этих дорогостоящих штучек доходят редко.

Справедливости ради отметим, что именно микроанализ, такой как анализ ДНК, широко использующийся на практике в США, уже более 30 лет дает возможность мужчинам доказать, что их оклеветали.

В России его можно сделать только за свой счет, поэтому его проведение остается на усмотрение обвиняемого, а точнее его кошелька!

Как правило, в таких делах следователи определяют две группы свидетелей. Первая – реальные очевидцы событий – встречаются крайне редко. А вторую составляют близкие друзья и родственники как потерпевшей, так и подозреваемого. Именно они могут дать объективную оценку их поведения накануне. Отсутствие очевидцев событий является безусловным поводом для сомнения в честности жертвы.

И наконец, детальному рассмотрению должна подвергнуться личность обвиняемого

Любой учебник по криминалистике дает исчерпывающее описание портрета насильника. Эти лица страдают нарушениями психики, выражающимися в патологическом половом влечении или общем половом расстройстве.

Если вдруг таких признаков нет, то предполагаемый насильник обязательно страдает сильной зависимостью от психотропных веществ или же имеет судимости по аналогичной статье, связанные с длительным лишением свободы.

Поэтому образ самодостаточного мужчины редко клеится с насильником-рецидивистом.

Источник: https://5898523.ru/kak-dokazat-svoyu-nevinovnost-v-iznasilovanii-st-131-uk-rf/

Правовая помощь
Добавить комментарий