Может ли опека забрать у нас усыновленного ребенка по клевете соседей

Юлия забрала девочку по “генеральной доверенности” от биологической мамы.

Фельдшер скорой из Заречного Юлия Измоденова, которая воспитывает чужую новорожденную девочку, сделала это незаконно – об этом сегодня заявила начальник управления социальной политики по Заречному Лариса Дернова, которая связалась с редакцией E1.RU. В опеке объясняют, что Юлия ущемила очередь из других усыновителей, которые тоже могли претендовать на этого ребёнка.

– Лариса Владимировна, почему органы опеки преследуют Юлию Измоденову и пытаются отнять у неё ребенка?

– Ни о каком преследовании речи нет. Мы не какая-то бандитская группировка, а орган исполнительной власти. Мы чётко следуем Семейному кодексу, в котором говорится, что законным представителем ребёнка, если он остался без попечения родителей, становится орган опеки. Что бы сейчас ни случилось с ребёнком – ответственность лежит на нас.

Наша позиция такова: конечно, ребёнку будет лучше в семье, чем где-то там, в доме ребёнка. Но ответственность, возложенная на нас законом, диктует, что судьбу ребёнка сначала должен решить суд, и сейчас ребёнок у Измоденовой находится незаконно.

Фельдшер скорой заявила журналистам, что на её ребенка есть заказ.

– То есть схема, когда ребёнка по доверенности одна женщина передала другой, – это незаконно?

– Конечно, это незаконно. Существует порядок, очередность из родителей, которые мечтают усыновить и удочерить детей. Почему кто-то решил, что ему нужнее ребёнок, чем другим? Есть закон и есть очередь из усыновителей.

На сегодняшний момент этот порядок усыновления нарушен.

Ребёнок не вещь, и нотариус взял на себя очень большую ответственность (напомним, Юлия и мать девочки оформили нотариальное согласие, что ребёнок может находиться у будущей приёмной матери до вступления судебного решения об усыновлении в силу. – Прим. ред.).

– Но Юлия же прошла школу усыновителей?

– Измоденова прошла нашу школу приёмных родителей. Она наш кандидат, психологически обследованный, юридически подкованный. Она хорошо знала порядок усыновления, её с ним знакомили, и почему пошла в итоге таким путём – вопрос к ней.

– И что сейчас надо делать с ребёнком?

– Сейчас ребёнок до суда должен быть помещён в медицинскую организацию, чтобы выявить, какие у него есть патологии, пройти всех врачей. Это юридически необходимая процедура, несмотря на другие обследования.

Юлия потратила кучу денег на медицинское обследование ребёнка – но опека настаивает, что все осмотры нужно проходить заново.

– А не попадёт ли ребёнок после этого в очередь для усыновления другими людьми, как говорит Юлия?

– Ребёнок уже находится в региональной базе усыновителей. Он попал туда сразу же после того, как биологическая мать написала заявление. По нормативным документам он попадает туда уже на следующий день после заявления.

Сейчас Юлия Николаевна не является усыновителем, это происходит только через решение суда.

Поэтому до вынесения решения суда он будет находиться в базе, но естественно не пойдёт ни в какую другую семью, потому что мы ждём, что скажет суд.

– Юлия несколько раз навещала биологическую мать с ребёнком в медсанчасти, рассказывала ей про индивидуальный отказ…

– Без разрешения опеки никто, даже работник медицинского учреждения, не в праве навещать ребёнка, если это не входит в круг её прямых обязанностей. Для этого необходимо получить специальное разрешение органов опеки. У Измоденовой его не было, и она не имела права контактировать с ребёнком в медучреждении.

– Есть ли за это какое-то наказание?

– Это уже не нам решать. Мы сообщили всю информацию в соответствующие органы.

В опеке считают, что Юлия клевещет на них.

– Юлия подозревает, что её ребёнка заказали – то ли богатая семья из Краснотурьинска, то ли какая-то семья полицейских. Возможно ли ускорить очередь за деньги, выбрать себе ребёнка, заплатив органам опеки?

– Смешно звучит. Мы чиновники, и все наши доходы доступны в интернете. На сегодняшний момент это клевета.

Что касается усыновителей из области – у нас существует очередь из семей, которые претендуют на усыновление-удочерение детей. Очередь формируется именно по зоне нашего обслуживания – Белоярский, Уральский, Заречный.

Родители с других территорий могут претендовать на ребёнка, только если у нас он не будет востребован в течение длительного времени.

То есть орган опеки не может говорить кому-то: давайте вот этой семье отдадим, а этим не будем! Существует очерёдность по дате обращения за усыновлением – семья обратилась первой, потом вторая семья, третья. Сегодня этот график нарушен, потому что впереди Юлии Николаевны были другие люди.

Напомним, что Юлия Измоденова вчера встретилась с Уполномоченным по правам ребёнка в Свердловской области Игорем Мороковым, который заявил, что её ситуация – уникальный случай для Свердловской области.

– Мы пообщались, посмотрели документы. Здесь целый клубок проблем, которые связаны с выполнением нормативно-правовых требований, – рассказал Игорь Мороков E1.RU. – Хочу сказать, что таких случаев (с усыновлением напрямую) бывает очень-очень мало. У нас он такой первый. Будем разбираться. В первую очередь для нас важны интересы ребёнка. задача – обеспечение наилучших интересов ребёнка.

Источник: https://www.e1.ru/news/spool/news_id-457932-section_id-92.html

“Сейчас дочки в одном детском доме”. Сначала давали грамоты, а потом забрали детей

Может ли опека забрать у нас усыновленного ребенка по клевете соседей

Мария Комбарова – приемная мама со стажем – 13 лет в семье находится Настя и 4 года – Милана. В октябре девочек забрали, а Марию лишили права быть опекуном.

«В  связи с возникшими противоречиями между интересами подопечной и попечителя», – говорится в документе, сообщающем это, а также – «об отсутствии у попечителя ресурсов для воспитания подопечного» Департамент труда и соцзащиты Москвы сообщил “Правмиру”, что в начале октября из-за шума в квартире соседи вызвали полицию, которая со специалистом органа опеки обнаружила Настю в квартире одну без присмотра, хотя оставлять подопечную дома без законного представителя запрещено. Мария с обвинениями не согласна, считает, что ей не в чем оправдываться и планирует бороться за детей.

Одна из претензий, которую предъявляют Мариии Комбаровой – проблемы с обучением Насти. Проблемы в школе каждая сторона трактует по-своему.

По версии Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы «из-за конфликтных отношений приемного родителя с педагогами Настя поменяла 3 школы и в итоге с января 2019 г.

приемный родитель перевела девочку на семейную форму обучения, в конце 7 класса девочка имела задолженность по двум предметам.

В связи со сложившейся ситуацией органы опеки 2 раза проводили заседание Комиссии по защите прав подопечных, на которых приемный родитель была предупреждена об ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей в части воспитания и образования приемных детей».

Мария утверждает, что все проблемы были именно с педагогами:

— Настя была готова участвовать в различных мероприятиях, танцевала на конкурсах за класс. Но как только учителя начинали давить, давать негатив, девочка закрывалась.

Например, стихотворение выучила, дома рассказала, а в школе – молчит. Мы все это объясняли в школе, говорили, как лучше найти к девочке подход, я по образованию психолог-педагог, но меня не слышали.

Настя получала клеймо «неуспешной».

Мама рассказывает, что старалась помочь ребенку, Настя прошла курс «Учись учиться», а лабораторные по физике делала в институте физики.

Бабушка,Марина Владимировна рассказывает, что в  школе была настоящая травля со стороны педагогов – в электронном дневнике одни оценки, в личном деле – другие, о чем Комбаровы узнали случайно, когда забирали личное дело, чтобы перевести девочку в другую школу.

Именно по этим причинам Настю перевели на семейную форму обучения. Чтобы Настя не теряла связь с подругой, Мария, по ее словам, поддержала ее решение ходить в школьную секцию по баскетболу, куда ходит и подруга Насти и где ей понравилось заниматься.

— На самом деле, когда ребенок ходит в школу – это же упрощает жизнь, — говорит Мария. – Это проще, чем сидеть, контролировать, заниматься, мы усложнили себе задачу, а не облегчили, чтобы ребенок все-таки учился.

Она не отрицает, что к концу прошлого года у Насти были «хвосты» — проект по физкультуре и биология. Но в конце августа, как говорит Мария, девочка все сдала. В сентябре состоялся  педсовет, Настя официально переведена в следующий класс, что Комбаровы готовы подтвердить документально.

Самый обычный подросток

Как сообщили в Департаменте труда и социальной защиты населения города Москвы,  одной из претензий стало то, что приемная мама не занимается воспитанием:

«C мая 2019 года в орган опеки и попечительства неоднократно поступала информация от жителей подъезда, где проживала приемная семья, и ОМВД России о фактах ненадлежащего исполнения приемным родителем обязанностей по воспитанию подопечных, сигналы о безнадзорности Насти, о прогулках её на крыше дома.

При проведении органом опеки и попечительства внеплановых проверок приемный родитель дверь в квартиру не открывала и отказывалась предоставить специалистам доступ в квартиру. Кроме того, в мае 2019 г. подросток была задержана сотрудниками полиции за распитие спиртных напитков в общественном месте.

На предупреждения специалистов органов опеки и попечительства о недопущении указанных ситуаций приемный родитель бездействовала и обвиняла в клевете окружающих».

Мария Комбарова говорит, что она занимается воспитанием детей, и много разговаривает с  Настей:

— Настя – самый обычный подросток, нельзя сказать, что подростковый возраст протекает легко, но я бы и не сказала, что происходит нечто чрезвычайное. Да, сложности есть, Настя пытается показать, что она взрослая, но я понимаю, что в некоторых случаях жесткое давление может привести не к тем результатам, какие бы хотелось получить.

Мария не отрицает, что у Насти есть некоторые проблемы, она знает, что девочку видели курящей. Но, по словам Марии Комбаровой, она разговаривает с девочкой, показывает на личном примере и в беседах, как важен здоровый образ жизни. Сейчас, из-за всего случившегося сорвалась поездка, которая была задумана для Насти, но это и воспитательный момент, это касается и курения.

— Что касается алкоголя, — говорит Мария, – один раз ее действительно задержали, но именно с энергетиком. И мы много говорили на эту тему, она прислушивается.

Понятно, что иногда бунтует, как любой подросток в любой семье. Я считаю, что только любовь, терпение и внимание помогут преодолеть этот непростой период.

Стараюсь, чтобы у девочки было больше увлечений, поддерживаю все ее хорошие начинания.

Органы опеки действительно не пустили на внеплановую проверку, но Мария утверждает, что опека была в курсе, почему в этот конкретный день проверка не может состояться, и сразу же сообщила, когда это стало возможно.

Марина Владимировна, бабушка девочек, говорит, что ее дочь – внимательная и трепетная мама, когда она забирала младшую девочку, Милану, после оформления опеки она с ней месяц лежала в больнице: у той были проблемы со здоровьем и в роддоме она перенесла несколько операций. Дома она постоянно старалась быть рядом, уверенная, что материнская любовь и внимание способны помочь ребенку встать на ноги.

У Насти, как говорят Комбаровы  – много наград, она активная, сама, например, изъявляла желание на участие в концерте для пожилых людей. Она участвовала  в Олимпиаде «Музеи, парки, усадьбы». Она много ходила с Марией по музеям, сама участвовала в выставке в ЦДХ.

— А сколько наград у дочери, которые ей давали округ, соцзащита, – с удивлением говорит Марина Владимировна. —  С одной стороны все говорят, какая у Марии замечательная семья, а с другой – лишают права быть опекуном. Во всех актах опеки написано, что Мария полностью выполняет свои обязанности, следит за детьми, что дети привязаны к ней.

Мария говорит, что она не отказывалась от помощи опеки, а, наоборот, просила грамотное сопровождение, которое не помешает, если дома есть подросток. Но, по ее словам, ей предлагали лишь тестирование.

«С приемным родителем с ноября 2017 г. был заключен договор о сопровождении семьи, однако рекомендации специалистов по воспитанию подопечных ею не выполнялись, от предлагаемой помощи она отказывалась», — говорится в ответе Департамента. 

Одна дома

Настю забрали из семьи, когда она находилась дома одна, как сообщили в Департаменте:

«В сентябре 2019 г. приемный родитель проинформировала орган опеки и попечительства о том, что она вместе с подопечными в конце сентября намерена поехать отдыхать в город Сочи, а затем на Филиппины.

2 октября 2019 г. из-за шума в квартире соседи вызвали полицию, которая в свою очередь приехала со специалистом органа опеки и обнаружила подопечную в квартире одну без присмотра, хотя, по закону, оставлять подопечную дома без законного представителя запрещено.

В ходе проведения проверки девочка сообщила, что живет в квартире одна, приемный родитель уехала отдыхать за пределы Российской Федерации, младшая девочка в сопровождении матери опекуна уехала отдыхать в город Сочи без законного представителя (опекуна).

Квартира на момент обследования находилась в неудовлетворительном состоянии, повсюду были разбросаны вещи, мусор, немытая посуда, на столе были остатки пищи и окурки от сигарет. В квартире с девочкой находилась ее несовершеннолетняя подруга.

В этот же день Настя была направлена в медицинскую организацию, девочка сообщила, что не желает возвращаться к попечителю.

3 октября 2019 г. специалистами органа опеки и попечительства приемному родителю было направлено сообщение по мессенджеру WhatsApp о помещении старшей девочки в медицинскую организацию. Однако в больницу, где находился ребенок, приемный родитель не обращалась, судьбой девочки не интересовалась. Также не было обращений приемного родителя в органы опеки с целью нормализации ситуации.

В связи с этим, младшая девочка также была направлена в медицинскую организацию. По информации сотрудников больницы, у девочки выявлены заболевания, обусловленные нарушением санитарно-гигиенических норм и ненадлежащим уходом за здоровьем ребенка.

В настоящее время дети находятся в государственной организации города Москвы, где им предоставляется необходимая социальная и психологическая помощь».

Но Настя не была дома одна, говорит Мария:

— Хотя подросток в 14 лет имеет право находиться дома один, но она одна дома не оставалась – в квартире с нами живёт мой брат, к ней еще приходила крестная. Поездка в Сочи, кстати, была не на отдых, а на терапию ребенка, а я в тот момент ездила – на учебу и работу.

Как только стало известно,  что Настю забрали из семьи, Мария, по ее словам, сразу стала звонить и писать в прокуратуру, в том числе было  официальное обращение в прокуратуру. 

Сейчас, как говорит Мария, ей с Настей разрешают общаться, в основном  только по телефону, хотя было заявление с просьбой разрешить навещать. Настя плачет и просится домой. Позднее ей удалось увидеть девочку  мельком, та сказала, что очень хочет домой.

Что касается заболеваний, которые выявили у младшей девочки, Мария говорит, что их просто не могло быть. Во-первых, ребенок только что прошел диспансеризацию. Во-вторых, девочка ходила на дельфинотерапию, где также была осмотрена медиками, и, в-третьих, Мила регулярно посещает бассейн, где тоже нужна справка о состоянии здоровья. 

Что будет дальше

 «В октябре 2019 г. приемный родитель была освобождена органом опеки и попечительства от исполнения обязанностей в отношении несовершеннолетних подопечных.

Специалисты органа опеки и попечительства лично вручили приемному родителю решение об освобождении ее от обязанностей опекуна.

Одновременно было разъяснено, что данное решение она вправе обжаловать в судебном порядке», — говорится в комментарии Департамента.

Мария и сама собирается обжаловать решение об изъятии в суде.

— Мила с Настей сейчас в одном детском доме, — говорит Мария. —  Как Милу отбирали, вспоминаю с ужасом. Ворвались восемь человек и буквально оторвали ребенка.

Я бы много могла рассказать о том, как мы живем с дочками, о наших радостях и сложностях, преодолимых, которые бывают в каждой семье. Но не буду, поскольку это выглядело бы, как попытки оправдаться.

Мне не в чем оправдываться. Это мои дети, я их люблю и готова бороться за них.

Источник: https://www.pravmir.ru/sejchas-dochki-v-odnom-detskom-dome-snachala-davali-gramoty-a-potom-zabrali-detej/

Могут ли забрать детей из-за жалоб на шум в квартире?

Может ли опека забрать у нас усыновленного ребенка по клевете соседей

У нашей семьи сложилась непростая ситуация с соседями. У нас трое детей, двум старшим четыре и два года. Соседка снизу жалуется на шум. Дети просыпаются в семь утра и ложатся спать в восемь вечера. В течение дня они иногда играют тихо, а иногда бегают и прыгают, как и все дети в этом возрасте.

Несколько недель назад соседка пришла в первый раз и сказала, что уже устала от шума, и попросила поменьше бегать. Мы сказали, что уследить за детьми не так-то просто. Им в этом возрасте трудно объяснить, что каждое утро надо тихо сидеть до определенного времени.

Сегодня соседка пришла снова. В этот раз она угрожала написать заявление в полицию и органы опеки.

Как нам поступить в этой ситуации? Да, дети иногда шумно играют, но у некоторых соседей телевизор шумит больше. К тому же дети не бегают круглыми сутками: пробежались туда-сюда несколько раз и через пару минут уже занялись чем-то другим.

Я понимаю, что заявлением в полицию она ничего не добьется, да и уровень шума у нас не такой высокий. Меня больше беспокоят органы опеки.

Казалось бы, «опека» и детская беготня никак не связаны, но неприятностей они доставить могут много.

Я все чаще читаю в новостях, что у нас в стране даже по пустяковым поводам забирают детей у родителей, хоть они и живут в нормальных семьях и за ними хорошо ухаживают.

Как нам теперь общаться с соседкой? Я уверена, что она будет ходить к нам и дальше. Может, нам стоит снимать наши разговоры на видео, чтобы было доказательство ее угроз? Можем ли мы сами пожаловаться куда-то на нее?

Заранее спасибо за ответ,
Алена

Это органы исполнительной власти в субъектах РФ. Их основная задача — защита прав тех, кто сам свои права защитить не в состоянии. Действуют они в интересах несовершеннолетних детей и взрослых, которые сами не могут о себе позаботиться: одиноких пенсионеров, людей с особенностями психического развития и других.

Органы опеки надзирают за деятельностью опекунов, попечителей и организаций, в которые помещены недееспособные или не полностью дееспособные граждане. Еще они контролируют сохранность имущества граждан, которые находятся под опекой или попечительством.

Полномочия у органов опеки действительно широкие. В отдельных случаях они могут забрать детей у родителей. Такие права им дает статья 77 семейного кодекса. Но просто по просьбе соседки забрать у вас ребенка нельзя. Сделать это можно только в тех случаях, когда действия или бездействие родителей угрожают жизни или здоровью ребенка.

Несколько лет назад в прессе действительно было много статей о том, как детей по пустяковым поводам забирали из семей. Тогда органы опеки ссылались на низкий уровень доходов родителей, нехватку продуктов в холодильниках и т. п.

Бывает, дела с подобными обвинениями даже не доходят до суда. Вот пример: мама отправила дочку к бабушке и дедушке на чабанскую стоянку, а сама уехала. Бабушке стало плохо, и слепой дедушка отправил внучку за помощью.

Зимой она прошла восемь километров до следующей чабанской стоянки, где и рассказала о случившемся. Органы опеки после этого изъяли девочку из семьи: они сочли, что действия мамы создали угрозу жизни ребенка.

В отношении нее возбудили уголовное дело, но следственный комитет не нашел в действиях женщины состава преступления. Уголовное дело прекратили, а девочку вернули в семью и даже наградили.

Из-за этой и подобных историй Верховный суд принял в 2017 году постановление, в котором объяснил, как должны действовать органы опеки и когда ребенка можно забрать из семьи, а когда нельзя.

Например, нельзя забирать из семьи ребенка за то, что он шумит или что его родители мало зарабатывают. Чтобы можно было применить крайние меры, угроза жизни и здоровью ребенка должна быть реальной — такой, из-за которой ребенок может умереть или его психическому и физическому здоровью может быть причинен реальный вред.

В вашем случае соседке придется доказать в суде, что шум, который создают дети, бегая по квартире, угрожает их жизни и здоровью. А главное, ей придется доказать, что в этом виноваты родители. Как это сделать — я не представляю.

В других регионах и городах власти могут устанавливать другие требования и размеры штрафов в региональных кодексах административных правонарушений. Почитайте, например, про ответственность за нарушение тишины в законе Санкт-Петербурга или в законе Новосибирской области.

Определить, укладывается ли топот от бегающих детей в разрешенные нормы, может только экспертиза. Организовать и оплатить ее придется вашей соседке. Все остальные доводы — бездоказательные, и их будет недостаточно даже для привлечения к административной ответственности.

В вашем случае есть два варианта действий: это война с соседями и попытка договориться мирно.

В случае войны вы можете игнорировать соседей, а они будут писать на вас жалобы и вызывать участкового. На мой взгляд, это ни к чему не приведет — скорее всего, только потеряете время и нервы. Это не самый лучший вариант.

– и видеозаписи в данной ситуации не дадут эффекта: нельзя расценивать как угрозу вызов полиции и органов опеки. Это ненаказуемо.

Будет намного эффективнее разъяснить соседке, как ситуация выглядит с точки зрения закона. Расскажите ей, чем занимаются органы опеки и что потребуется, чтобы лишить вас родительских прав.

Чтобы привлечь вас к административной ответственности за шум, ей придется провести экспертизу.

При этом, даже если шум от детей превышает допустимые нормы, вам грозит максимум небольшой штраф, а стоимость экспертизы может превысить сумму штрафа.

Предложите свой вариант решения проблемы. Например, соседка фиксирует время шума и сообщает его вам, а вы беседуете с детьми. Возможно, в конце концов дети научатся вести себя тихо по утрам и перед сном. Это самое большее, что вы можете сделать в такой ситуации.

Если у вас есть вопрос о личных финансах, правах или законах, пишите. На самые интересные вопросы ответим в журнале.

Источник: https://journal.tinkoff.ru/ask/opeka-i-dety/

�������� ������������ �� �����, ��������� � �����������. �� ����������� �����

Может ли опека забрать у нас усыновленного ребенка по клевете соседей
�10887

���������� �������
(�� �������� �����)������������.��� 39. � 1999 � ��� ��� �� 228. �������� �� ����� 4, �� ���� 228.1 � �������� � ����� ��������, (���� �� ��������… ���� ���� ����� � � ��� ����� ��������� ������ ������, ����� �����.). ����� ����� �� ����� �� ����� �� ��������� �����.

������ ����� �� ���� � ��������� ����.� ������ ������ ����� 9 ���. ���� ���� ����� 4 � 6 ���. �������� � ������ � ������. �������� �������������. ���� ��������� � ������������� ����. ����� � ����, �� ��������. �������� �� ����� � �� ����� ���� ������� ��������.

� ���� ���� �� (�������� ����� ��� ��������� ��������������), ����� ������� (������������, ��������, ���������, ���� ������ � � ����� ���������� �������).������ – ������ �����, ��� ����� ������� �� ����? ����, ����� �������� �� ����. �������� � ������ ��� �� ��� �� �����. ����������� � ������ �� ��������� ��������������.

��������� ������������� �������, ����� ���.������� �� ����� ��������� �� ������������ ����� �������.

�������� ����������:

������������. ������ �� ��� ����� ������ �������, ������� �������� �������� ������ �����. � 1999 ���� �� ����� 1 ������ 228 ������������ ������������ � �������� ��� ���� ����� � ������� �������, ������������ ���������� � ��������� ������� �������, �. �. ������������ ��������� �� ��� � �� 3 ��� ������� �������. ����� ��������� � ����������� ���� ��������� ������, ����������������� � 1999 ���� �� ����� 1 ������ 228, �������� �����������������, � � ��������� ����� ���������� �������������� ��������� �������. �� ������������ ����������� ���������������� ����, ������� ��������� �� ������������ ��������� �������, �� ���������� ����� ����������� ����������� ��� ������� (������� ������� ���������) �� ������ � ����� ������ ������������. ���� �� �������� �� ����� �������� � � ����� ���������� � 1999 ���� �� ������������ � ���������������, ����� ����� ����� ����� ������� ���������� �� ������� ������� ��������� ��� ���. � 2004 ���� �������, ������������� ��� ����� ����������������� ������ ��, ���� ���������� ��������. ���, ��������, ��������� ��������������� �� �������� ��������� ��������� ������� � 0,5 �, � � 12 ��� 2004 ���� � ��� ���������� ����� 20 � ��� �� ������ ����, ���������� �� �� ������� ���������.��� �� �������� ��������� �������, �� �������� ������ ���� ������ �����: ������ � ������� ������ ��������� ��������, ������� ������� �� ���������� ������������ ����������������� �������, � ����� ����� � �����, ����������� ����� ���������, ���� �� ������� ������� ����� �������������� ��� ������� �� ���������� ������������ � ������� ������� �� ���� ����� ���� ��� … ��������������� � �������� ������� ���������� �� ����������� ����� � ������� ������ ����� ������������ ���������� (������ 20). �� ���� ������� ��������, �. �. �� ��� ��� ���������� �� ����������������.

�� ����� �������, ��� ���� ����� ���� ��������� � ����, �� ����������� ������� ���� ������� �� ������ �� �����. ���� ��� ������������ ����� ���������, ���������� ������ ���������� ����, ����� ����� ����� ���������, �� ����� �������� � ������ ����.

����� �� ���� ����� �������� ������ � �����, ������ ������ ����� ������������� ���������� ����������, �� ������� �����, ��� �� ������ �� ���������, �� �������� ������, ������������. �� ��������, ���� ���������� ��������� ���� ������ �������������� � 2004 ���� �������������� ������������� � 231.

���� ������� ����������, �����������, ���� ���� � ������ ���������, �������� �� ����.

���������� �������

������� �� ���� �����. ���� ���� � ��������.������ ��� ��� �������� ������. ��������������� 228.4, �� ����� ��������� �� 228.1. �������� � ������ ���� ���������..����� �� ������ ������ �� �����������.��������� �������� � ����������� �� �� ��������� �����, �� ���������� ��������� �� ������������ ������ ������������.

�������� ����������:

�������! ������ � ��� ����� ���� ������ ������ 1 �. �� ����������� ���� ����� ������ (�������� ���������� � ������� ���� �������������) �� �������� �������������. ��� ��� �������� ���� ������ �������, ������ ���� �� ������, �������� ��� �� ������, ���� �� ������� � ���� ���� �������� �� ���� ������ ������������. �� ����� ���� ��� �� ��� ������ ��� �������.�������� ������ 10 �� ���������� �����, ����������� ������������ ������, ���������� ��������� ��� ���� ������� ���������� ��������� ����, ������������ ������������, ����� �������� ����, �� ���� ���������������� �� ���, ����������� ��������������� ������ �� ���������� ������ ������ � ����, � ��� ����� �� ���, ���������� ��������� ��� �������� ���������, �� ������� ���������. ��������� �����, ��������������� ������������ ������, ����������� ��������� ��� ���� ������� ���������� ��������� ����, �������� ���� �� �����.� 1999 ���� ������� �������� ������� ������������ ����� ���������� �� 0 �� 0,005 � (������� �������…, ������������ ���� �� 17 ������� 1996 �.).�������������� ������������� �� 6 ��� 2004 ���� � 231, � ������������ � ����������� � ������ 228 �� (� ���. �� 8 ������� 2003 ����), ���������� ������� ������� ������� ��� ������������� ������� � ������������ ������� ��� ����� ������ 228, 228.1 � 229 ��. ������� ������, �������� ����� ����������, ��������� 10 � ����� ������� ������� ��� (����� ������� � ����� 50 ���). ������� ������� ����� ��� ������� � ������ ������������� ���� 0,1 �, �������������� ������� ������ ��������� 1 � � �����.�������������, �������� 0,25 � ������� � �� �� ��� ��� ������ � �� ������������.����� ��������� ��������� ��������. �� ������, ������������� ������������� � 231 � ��������� ����� ��������. ������ ���� ����������� ������������� ������������� �� 7 ������� 2006 ���� � 76, � ����� ������������� ������������� �� 1 ������� 2012 ���� � 1002 (������� ��������� � �������). � � ��� � � ������ ����� 0,5 � ������� �� ���������� ������� (������������) ��������.

������. ���� ��������� ����� ��� � 1999 ����.

�� ������ 10 �� �������, ��� �������� ���� ���������� ������ ����������������� �� ���, ����������� ��������������� ������ �� ���������� ������ ������ � ����, � ��� ����� �� ���, ���������� ��������� ��� �������� ���������,�� ������� ����������. ����� �� ���������� ��� �����������, ������������� �������� ���� �� ���, ��� ��� �� ����� ���������?

��������� ������ ����������, ��� ��������� ��� ��������, �� ����� ���� ������, ��� ���, ��� �� ����������� ������ ��� ����� ���������. ��� ������� �� ������ 19 ����������� ��. �������������� ���� ������, � ���������, ������������� ���������������� ���� �� �� 10.10.2013 N 20-�, � ������� �������: �…����� ������ ������ 10 �� ���������� ��������� � �� ����� ������� ������������ ��� ��������������� �������� ������ ���������� ������, ������� �� ��� ���� ������ ����� �� ���������� ������� ��� ����� ������� ��������������, �� �������������� � �������� ��� � ���������� ��� ������ �����������. ������ �� ��������� ����� ��������. �� ��� ������, �������� ���������� ����� ����� ��������� � ��� � ������� ������ 264-268 ��� ��, �. �. � ������� ������� ������������ �� ������������ ������, ������� ����������� ��������. ��������� �� ������������ ���������� �����: ��� � 12 ��� 2004 ���� � ����� � ����������� � ���� ������� 154-156 ������������ ������ �� 8 ������� 2003 ���� � 162-�� , � � ������ ������������� ������������� �� �� 6 ��� 2004 ���� � 231, ��������� ��������������� �� ������������ � �������� �������������� �������� ������� ��������� ��� ���������� ����� �������� � ��������� 1 � � ����� ����� ��������.� ���� ������ 265 ��� ���� ������������� �����, ������� ����������� ��������, ������ ��� ������������� ��������� ���������� � ���� ������� ���������� ����������…�. ��������� ������� ������ � ��� �� ����� ����������. �������, �������� �������, ���������� � ���� ��� �� ���������� ������ �� ��������� � ��� ��������� �� ������ ������, ������� ������� ������������� ������� 17 �� �� �������.

10.01.2017

Источник: http://hand-help.ru/doc2.10.1.html

Многодетный отец: «Чиновники в отместку забрали у меня четверых приемных детей, словно это мебель!»

Может ли опека забрать у нас усыновленного ребенка по клевете соседей

Сергей и Татьяна Захарич уже которую неделю живут в состоянии тревоги и отчаяния. Их большой дом на окраине Смиловичей опустел. Четверо приемных детей — две Вероники, Настя и Даша — были изъяты у Захаричей и отправлены в другие семьи.

По словам Сергея, всему виной стал его конфликт с чиновниками местного отдела образования: «Я был настойчивым приемным родителем, громко говорил о том, что существующие законы несовершенны. В отместку сотрудники органов опеки приехали и забрали детей, пока нас не было дома.

Обошлись с ними как с мебелью!» И хотя чиновники сделали все возможное, чтобы девочки не могли ни увидеть, ни услышать Сергея и Татьяну, дети продолжают писать им письма: «Помогите вернуться домой!»

Сергей и Татьяна всю жизнь прожили бок о бок, вырастили двух взрослых детей — Виктора (ему сейчас 28 лет) и Тамару (27). Но, в разрез с модными сегодня чайлдфри-настроениями, они всегда хотели третьего ребенка. С детства привыкли к такому укладу: в семье Татьяны было пятеро братьев и сестер, у Сергея — девять.

«Дети наши выросли, но я всегда жила мечтой о третьем ребенке. Увы, родить малыша не получалось. И мы с мужем договорились: если до сорока не рожу, то поедем в детский дом, возьмем себе ребенка.

Так и вышло, — рассказывает Татьяна. — Когда я впервые увидела Веронику, ей было три года.

Волосы пушистые, щечки красненькие… Настолько она запала мне в сердце! Сразу пошла на руки, обняла за шею и сказала: „Мама“».

Официально на должность приемного родителя (согласно белорусскому законодательству, это является разновидностью государственной работы) оформили Сергея.

Татьяна не подходила на эту роль, поскольку по 12 часов в день уделяла основной работе в минском аэропорту. Кроме того, у матери семейства диагностировали рак груди. Татьяне пришлось пройти через болезненную операцию, удалить опухоль.

Но, несмотря на это непростое время, не было и мысли отказаться от девочки.

«Вероника росла в любви. Девочка бы и не догадалась, что она нам не родная дочь, если бы об этом ей не рассказал психолог в детском саду», — с грустью говорит Татьяна, листая семейные альбомы. На фотографиях — улыбчивая девчушка на коленях у новых родителей, вместе с ними на прогулке, на плечах у сводного брата…

Прошло немного времени, и чиновники из отдела образования сами предложили семье Захарич взять еще одного ребенка — восьмилетнюю Дашу.

«Три семьи пытались оформить документы и стать приемными родителями, но в последний момент у них почему-то все срывалось, — говорит Сергей. — А девочке можно было находиться в приюте только три месяца, потом — интернат. Сроки выходили. Поэтому забрать ребенка предложили нам. Мы взяли Дашку, и она осталась у нас в семье».

«Дашка села на колени, прижалась… Ну как ребенка можно не забрать, если он просится к тебе?» — рассуждает Татьяна. Кстати, она по специальности олигофрено-дефектолог, логопед. Поэтому не находила ничего сложного в том, чтобы восполнять пробелы в образовании своих новых детей.

Полтора года назад в семье Захарич случилось еще одно пополнение. Узнав о двух брошенных сестричках из их родной деревни в Гомельской области — 10-летней Веронике и 11-летней Насте — Сергей и Татьяна не смогли остаться безучастными. Девочек, от которых отказались пьющие родители, они забрали к себе.

Большая семья жила хорошо. Девочки дружили между собой, Сергея и Татьяну называли папой и мамой. Конфликт с Червенским отделом образования, который перерос для Захаричей в настоящую трагедию, начался из-за пустяка.

«Когда у нас появилось много детей, я решил заняться здоровьем девочек. Ведь у одной Вероники был хронический сколиоз, а у другой — болезнь почек, — объясняет Сергей. — Я обратился в местный отдел образования, предоставил медицинские справки, объяснил, что девочкам нужны санаторные путевки. Но мне ничего не дали.

На следующий год я опять обратился за путевками. И мне-таки выписали три штуки. Но по какому направлению: органы дыхания, кровообращения и заболевания кожи! Это совсем не то, что было нужно моим детям. Мне даже и врач в поликлинике отказался выписывать санаторные карты, потому что путевки не соответствовали профилю.

Тогда я отвез путевки обратно в отдел образования и прямо во время общего совещания приемных родителей объявил, что у меня есть три путевки с такими-то заболеваниями, которые моим детям не подходят. Спросил, может, кому-то в других семьях нужны. Казалось бы, я ничего не нарушил, наоборот, хотел сделать как лучше.

Но из-за этого начался конфликт».

Следующим камнем преткновения стал отпуск Сергея Захарича. Приемный родитель получил меньшую, чем обычно, зарплату и пошел разбираться к заведующему отделом образования. Оказалось, ему без его ведома дали отпуск, за счет чего выплатили меньшую сумму. А в свое оправдание ответили, что так поступают со всеми приемными родителями. «Как же так? — недоумевает Сергей.

— Если они дают мне отпуск, то должны учитывать, во-первых, мое желание, а во-вторых, возможность предоставить мне свободное время. Если я беспрерывно смотрю за детьми, то пусть ставят мне рабочие оплачиваемые дни, а отпуск не дают вообще… Мне пришлось писать жалобу в Комитет по труду и социальной защите. Только тогда этот отпуск мне аннулировали.

Но через год история повторилась».

Очередная стычка с чиновниками произошла из-за лекарств. По словам приемного отца, согласно законодательству, государство должно компенсировать ему все расходы на лечение девочек.

И это не просто прихоть Сергея: доходы в семье действительно небольшие. Судите сами: на каждого ребенка государство выплачивает 1,2 млн. Плюс 2,5 млн — зарплата Сергея как приемного отца. Плюс зарплата Татьяны в аэропорту.

Сумма на шестерых выглядит совсем маленькой.

«Когда у Даши были серьезные проблемы с почками, нам серьезно пришлось потратиться на лекарства. Да и другие девочки часто болели. Я собрал все чеки и обратился в отдел образования, — говорит Сергей. — Месяц проходит — нет ответа.

Другой, третий, четвертый… Тогда мне пришлось обратиться к председателю райисполкома и в районную прокуратуру, сказать, что нарушается закон. После этого мне пришло письмо, якобы они  ответили на все мои вопросы устно. В общем, какая-то отписка.

Часть расходов на лекарства мне компенсировали. Но не все».

«У нас несовершенные законы, я хотел добиться справедливости, внести поправки, чтобы можно было не бояться за детей. Тогда я начал не устраивать чиновников», — считает приемный отец.

Кульминация конфликта произошла, когда Сергей и Татьяна решили съездить на Украину — закупить для детей вещи по дешевке. Поездка должна была занять четыре дня.

«Девочек мы оставили на взрослого сына, Виктора, и 17-летнюю племянницу, которая тогда училась в колледже в Смиловичах и жила у нас в доме. Кроме того, старшая дочь, Тамара, была в декретном отпуске и всегда приходила присмотреть за девочками, готовила им обед. Одним словом, дети были под постоянным присмотром старших», — говорит Татьяна.

«Я считаю, никаких проблем, будто мы их оставили без присмотра, не было. К тому же другие приемные родители из нашего поселка точно так же уезжали по делам, даже на несколько недель, и это было в порядке вещей, — убежден Сергей.

— Да, официально мне надо было писать заявление о том, что я уезжаю, ждать, пока начальник поставит резолюцию. Но девочек на это время поместили бы в приют.

А они одного этого слова боятся! И зачем было так травмировать детей ради каких-то четырех дней?»

Однако поездка оказалась не такой короткой, как планировали Захаричи. У Татьяны из-за очередной пункции и анализов на раковые клетки началось тяжелое предынсультное состояние.

В Украине ее положили в больницу, запретили передвигаться. Сергею ничего другого не оставалась, кроме как ждать выздоровления жены. В итоге в Смиловичи они вернулись через двенадцать дней — 15 сентября.

Но детей дома уже не было.

«7 сентября в дом пришли работники отдела образования изымать детей. Среди них была главный специалист отдела образования Анжела Петровская. Дети кричали, просили не забирать их.

Но чиновники не обращали на это внимания. Сын позвонил нам, я попросила дать трубку Анжеле Михайловне, хотела объяснить ей ситуацию.

Но она стала кричать: „Я не буду ни с кем разговаривать! Не давай мне телефон!“» — вспоминает Татьяна.

«У сотрудников отдела образования была задача — избавиться от меня, — считает Сергей. — Они искали любой повод для этого. А ведь я ничего противозаконного не требовал, только хотел добиться правды с путевками, лекарствами, отпуском, интересовался, как поставить детей на очередь социального жилья. Не для себя же просил — для девочек!»

«В нашем районе, видимо, нужны такие приемные родители, которые сидят тихо и ничего не делают для своих детей», — поддерживает мужа Татьяна.

После изъятия детей Захаричи пытались вернуть девочек, слезно уговаривали чиновников. Но те никак не отреагировали на их просьбы. Детей, по словам Татьяны, вынудили подписать согласие, что они готовы поехать в другие приемные семьи. А Сергея по решению суда уволили с должности приемного отца по статье 42.5 — «Прогул по неуважительной причине».

Сейчас дети живут в других семьях в Смиловичах, причем, по словам Сергея и Татьяны, им запрещают видеться с «бывшими родителями». Директор школы выгнал Сергея, когда тот попытался найти девочек в классе.

«Больно смотреть на детские вещи, которыми полон дом. Бывает, зайдешь в эту комнату, заплачешь… Покупали одежду на будущее… Кто теперь будет это носить?!» — восклицает Татьяна.

«Чиновники обошлись с нашими девочками как с мебелью: приехали и забрали. Никто не спросил, чего хотят дети! Так больно и обидно, что государство нас не понимает», — говорит Сергей.

«Я так страдаю, когда моя девочка, которую я кормила с трех лет, звонит и просится домой, а я ничего не могу сделать! Мне сказали: „Что вы хотите, ребенок забудет вас через два месяца“. Как можно даже произносить такие слова? От меня как будто оторвали кусок живой плоти», — Татьяна больше не может сдерживать слезы.

Сейчас семья Захарич собирается обжаловать решение чиновников в областном суде. В крайнем случае они готовы лишиться всех государственных выплат, но удочерить девочек. Дети постоянно пишут им письма и просят лишь об одном: «Помогите нам вернуться домой!»

Главный специалист отдела образования Червенского райисполкома Анжела Петровская высказала свою позицию предельно кратко: «Я могу вам сказать, что состоялось судебное заседание, и приемному родителю Сергею Захаричу было отказано в исковых требованиях. В соответствии с законодательством он был уволен, а так как человек уволен… И вы сами прекрасно знаете, что приемный родитель — это приемный родитель… Я ничего больше пояснять по телефону не буду».

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. db@onliner.by

Источник: https://people.onliner.by/2013/12/11/mnogodetnyi-otec

Вам кажется, что соседи мучают детей. Что делать? | Милосердие.ru

Может ли опека забрать у нас усыновленного ребенка по клевете соседей

Можно пожаловаться в соцсетях. Так сделала петербурженка Мария Д. На своей личной странице она описала жуткую историю, как соседи ее свекрови мучают своих детей на протяжении уже полутора лет.

По свидетельству соседей, за стенкой постоянно плачет, кричит и бьется в истерике маленький мальчик примерно трех лет.

Соседи уверены, что мальчик постоянно находится в одном месте комнаты, из которой его никогда не выпускают. Взрослые этой семьи – мама и две ее мужей, бывший и нынешний, – часто ругаются между собой и даже дерутся.

К ним время от времени приходят взрослые люди по ночам, а вот докторов никто из соседей не видел.

Соседям кажется, что мальчик серьезно болен, но им никто не занимается. Более того, они считают, что родители привязывают его вместе с кроваткой к батарее. Живет в квартире и девочка постарше, но дети очень редко выходят на прогулку, если выходят вообще.

Родственники Марии Д. вызывали полицию, обращались в опеку (правда, не того района, который был нужен, и до конца дело не довели), но результата нет. Какой же нужен результат? Помочь детям, которые явно, по мнению соседей, мучаются.

В опеке того района, где живет семья, из-за которой плачут и не могут спать ночами соседи, нам пояснили, что о ней знают, периодически навещают. Более того, детей в квартире четверо – действительно, от двух мужей, бывшего и нынешнего. Но мужчины работают, никто не ведет загульный образ жизни.

«Да, мама там не очень здоровый человек с тяжелым прошлым, выглядит изможденно, – рассказали нам. – В квартире очень скученно – много взрослых и детей, но семья ждет расселения. Вероятно, у них и какие-то скандалы бывают. Но дети ухожены, веселы, накормлены. Да, у них бедно, но всегда чисто. Мы считаем, что это не та семья, откуда нужно изымать детей».

В опеке нам пообещали, что навестят семью, о которой беспокоятся соседи, в ближайшие несколько дней, выяснят, почему соседи семьи не могут спокойно спать.

Эта история заставила нас задаться вопросом: а каковы должны быть действия постороннего человека, переживающего за чужих детей, чтобы они были результативны? Мы попросили сотрудников органов опеки и попечительства ответить на самые типичные вопросы, связанные с этим.

Всегда ли сразу нужно обращаться в органы опеки?

Если прямой угрозы жизни ребенка вы не наблюдаете – никто не держит его за ноги вниз головой в распахнутом окне (в подобном случае лучше сразу звонить в полицию), или вы сомневаетесь, есть ли эта угроза, то лучше всего сначала постараться выяснить самостоятельно, что происходит у соседей и надо ли бить тревогу.

Если же после выяснения вы все еще не уверены в безопасности ребенка, и вы считаете, что его родители исполняют свои обязанности ненадлежащим образом (не кормят ребенка, бьют его, кричат на него, не выводят гулять, не убирают в квартире и т.д.), то можно написать заявление в органы опеки и попечительства по месту жительства ребенка.

Заявление можно не только отправить бумажным письмом или принести его в опеку, но можно даже отправить по электронной почте – сейчас все адреса и телефоны можно легко найти в интернете.

Когда опека идет проверять семью?

Кадр из фильма «Кошмар за стеной» (2011). Фото с сайта vokrug.tv

Опека обязана проверять все заявления, в которых содержится информация о том, что ребенок остался без попечения родителей или находится в условиях, представляющих угрозу его жизни и здоровью. Причем проверка проводится в трехдневный срок (по ст. 122 Семейного кодекса РФ).

Сотрудники опеки свидетельствуют, что часто факты, изложенные в заявлениях от граждан, не подтверждаются, являются недостоверными. Соседи ссорятся или не могут найти общий язык, и в этом случае заявление в опеку – способ каким-то образом осложнить оппоненту жизнь.

Проверяют ли органы опеки анонимные обращения?

Проверяют, однако лучше, чтобы заявление было подписано. Так представителям опеки проще мотивировать свой визит в семью.

Никакой ответственности, если его сведения не подтвердятся, заявитель нести не будет. Однако семья, в которую пришли с проверкой, может подать на заявителя в суд за клевету.

Всегда ли забирают ребенка, если информация в заявлении подтвердится?

ria.ru

Нет, отнюдь. Ребенка изымают из семьи только в том случае, если есть явная угроза его жизни и здоровью, то есть что-то, видимое невооруженным глазом: явное жестокое обращение (ребенок сидит на цепи или живет с собаками, например), синяки и раны на теле ребенка, антисанитария, отсутствие еды, пьяные родители.

По словам сотрудников опеки, с кризисной семьей начинается долгая работа – детей никогда не забирают сразу, если есть уверенность в том, что родители смогут исправить ситуацию – бросят пить, найдут работу, приведут в порядок квартиру, обратятся за помощью в органы социальной защиты.

Семья в социально опасном положении (таковой ее признает комиссия по делам несовершеннолетних) не должна оставаться одна. Ее обязательно будут курировать или специалисты опеки, или сотрудники социально-реабилитационного центра и т.д.

Что делать, если о по-настоящему кризисной семье оповещены органы опеки, но вам по-прежнему кажется, что ситуация не меняется?

Алена Синкевич, координатор проекта «Близкие люди» БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам», полагает, что в таком случае именно сами соседи могут стать для такой семьи опорой.

– Важно обращаться к профессионалам, когда здравого смысла не хватает, когда ситуация кажется дикой. Но часто решиться на это трудно, потому что грань между стукачеством и активной гражданской позицией – очень тонкая. Всегда есть страх: а что, если после моего заявления в полицию или в опеку все эти инстанции в жизни семьи наломают дров?

Страшно стать стукачом, но без гражданской позиции нельзя построить гражданское общество. Гражданская позиция проявляется в том, что нам не наплевать, когда бьют ребенка за стеной. Но часто это не является критерием неблагополучности. Конечно, можно пожаловаться сразу в опеку и ждать, пока детей заберут из семьи. Но какой вариант можно предложить им, кроме сиротского учреждения?

И я бы начала с соседской помощи семье, которая, как вам кажется, в помощи нуждается.

Соседи, которые переживают за детей, именно те люди, которые могут предложить погулять с детьми, позаниматься с ними, присмотреть за ними и т.д. Именно соседи, кроме сотрудников полиции и опеки, – те люди, которых кризисная семья сможет впустить.

Чтобы семья впустила соседей, нужно сперва предложить что-то соблазнительное. В критических ситуациях не работает принцип «дать удочку, а не рыбу». Ресурс у семьи низкий и надо начинать с «рыбы»: дать поесть, поспать, обогреть, предложить другие базовые вещи. А дальше уже думать про «удочку».

Так соседи смогут узнать реальное положение вещей и построить маршруты поддержки с помощью профессионалов (сотрудников органов опеки, сотрудников специальных НКО).

Важно не корить людей, не рассказывать, насколько они неправы, а предложить пойти с детьми погулять или принести продуктов. У всех кризисных семей есть море критиков и очень мало помощников.

Это называется «поддержка общины». Община может быть географическая (соседи), социальная (дворники микрорайона), религиозная (прихожане храма).

Важно, чтобы община захотела помочь и оказать поддержку. Надо, чтобы кто-то вменяемый сумел правильно обратиться за помощью. Важно, чтобы собирали не деньги – они не помогут, а просили помочь семье услугами.

Источник: https://www.miloserdie.ru/article/vam-kazhetsya-chto-sosedi-muchayut-detej-chto-delat/

Правовая помощь
Добавить комментарий